| на главную | карта сайта | контакты |

РКА на FACEBOOK WEB-СООБЩЕСТВО РКА RJoC - ЖУРНАЛ РКА

НОВОСТИ
О РКА
КАЛЕНДАРЬ
ПРОЕКТЫ
БИБЛИОТЕКА
ИМЕНА
ПАРТНЕРЫ


ПОИСК На сайте
В Яndex


АРХИВ
НОВОСТЕЙ

2016 г.

  01-12

2015 г.

  01     02   05 - 06

2014 г.

  01     02     03     04   05     06     07     08   09-12

2013 г.

  01     02     03    04   05     06     07    08   09     10     11    12

2012 г.

  01     02     03     04   05     06     07     08   09     10     11     12

2011 г.

  01     02     03     04   05     06     07     08   09     10     11     12

2010 г.

  01

2009 г.

  01     02     03     04   05     06     07  -  08   09 -  10     11     12

2008 г.

  01  -  02     03 - 04   05     06     07    08   09     10     11 - 12

2007 г.

  01     02     03     04   05     06     07     08   09     10     11     12

2006 г.

  01     02     03     04   05     06     07     08   09     10     11     12

2005 г.

  01     02     03     04   05     06     07     08   09     10     11     12

 2004 г.

  01     02     03     04   05     06     07     08   09     10     11     12

 2003 г.

  03     04     05     06   07     08     09     10   11     12



Яндекс цитирования

Питерская уборка коттеджей

uborka24.spb.ru


 

ПОЛИТИЧЕСКАЯ СВОБОДА: ОПЫТ ДИСКУРС-АНАЛИЗА

Басенко Н.А., Милевская Т.В.
(Ростов-на-Дону, Россия)

Материал опубликован: "Актуальные проблемы теории коммуникации". Сборник научных трудов. - СПб. - Изд-во СПбГПУ, 2004. - C. 86-97

Особенность анализа политического дискурса состоит в выявлении связей и взаимоотношений релевантных для отправителя сообщения концептов. Оособый интерес представляет максимальное сужение исследовательского поля, дискурс-анализ различных политических концепций по отношению к одному и тому же используемому понятию. В данной статье этот метод применяется по отношению к одному из обязательных элементов политического дискурса - определению позиции по отношению к институту политической свободы.

Политическая коммуникация в современном обществе предстает и как область научного познания, и как сфера общественной практики, которая в само общем виде может быть определена как общение людей по поводу "политики" (оставим за скобками многообразие значений этого концепта). С легкой руки М. Фуко и Л. Альтюссера с середины 60-х годов XX в. именно эта сфера функционирования языка стала центральным предметом лингвистических исследований: в качестве mainstream современной науки о языке утвердился анализ "системы ограничений, которые накладываются на неограниченное число высказываний в силу определённой социальной или идеологической позиции" [7, с.26] - анализ дискурса в представлении французских постструктуралистов. Мишель Фуко, развивая идеи Э. Бенвениста, предлагает своё видение целей и задач дискурсивного анализа: приоритетным является установление позиции говорящего, но не по отношению к порождаемому высказыванию, а по отношению к другим взаимозаменяемым субъектам высказывания и выражаемой ими идеологии. Концепция Фуко, объединившая лингвистику с историческим материализмом, несмотря на очевидную близость методологии, не нашла отклика в советской науке о языке. И дело отнюдь не в консерватизме советской лингвистики - исследования по теории текста в те годы как раз набирали свою силу: ограничительным фактором послужил излюбленный предмет изучения теоретиков дискурс-анализа, наиболее наглядное доказательство обусловленности используемых языковых средств идеологическими установками - знаменитый вязкий, суконный новояз советской эпохи.

Термин "дискурс" последовательно не используется в советской науке ни в одном из трёх своих центральных значений вплоть до конца 80-х годов; постсоветская традиция актуализировала термин одновременно во всей его многозначности как базовое понятие различных парадигм знания. В обществознании последних десятилетий утвердилось понимание дискурса как социального явления - совокупности речевых практик, присущих определённым социальным группам ("феминистский дискурс", "дискурс насилия"), восходящее, без сомнения, к идеям французских постструктуралистов.

С таким подходом связано и понимание дискурсных формаций, "…которые определяют, что можно и что должно быть сказано… с определенной позиции в данной ситуации" [6, с.107]. Очевидно, что ограничения распространяются не только и не столько на используемые языковые средства, сколько на актуализацию определенных понятий, выражающих определенную идеологию. Таким образом, и анализ дискурса призван сочетать рефлексию лингвистическую с рефлексией политической: перед исследователем стоит задача адекватной интерпретации, установления идеологической позиции субъекта высказывания через порождаемый им текст. В этом отношении анализ дискурса несомненно сближается с контент-анализом, позволяя через релевантные элементы высказывания трактовать позицию субъекта, выявляя и то, что он хотел сказать, и то, что не хотел (простейший случай - оговорки), и то, какие ещё субъекты в сходных условиях порождают сходные высказывания вне зависимости от заявленной идеологической платформы.

Очевидно, что политическая коммуникация предполагает политическую рефлексию в отношении достаточно узкого обязательного круга тем и проблем; представители различных дискурсных формаций используют одинаковые конструкты, видоизменяя их содержание в соответствии с присущей данной формации идеологией. С точки зрения когнитивной семантики, специфика политической рефлексии состоит в активации различных слотов тождественных фреймов: при использовании тождественной лексики для вербализации тождественных концептов отправитель сообщения по-разному устанавливает связи и отношения между ними.

Это, на наш взгляд, и предопределяет особенность анализа политического дискурса: значимым при таком подходе является не столько выявление релевантных для отправителя сообщения концептов, сколько определение специфичности их связей и взаимоотношений.

Поэтому особый интерес представляет максимальное сужение исследовательского поля, дискурс-анализ различных политических концепций по отношению к одному и тому же используемому понятию.

Одним из обязательных элементов политического дискурса является определение идеологической позиции по отношению к феномену свободы. Существующие взгляды и концепции зачастую опираются на диаметрально противоположные аргументы. Антиномичный характер политической свободы отражается как в сложном, противоречивом анализе данного феномена, так и в формах его проявления в политической жизни.

Исследованию проблемы свободы была посвящена практически вся история человеческой мысли. Рассмотрение свободы в политическом аспекте начинается еще в античности в связи с вопросами управления полиса гражданином. Идеал свободы античной демократии состоял в разделении власти между всеми гражданами. Человек считался тем свободнее, чем больше времени он уделял вопросам управления страной. Сущностью свободы провозглашалось подчинение закону, а не господину. В это же время появляются и первые критические замечания по поводу свободы. Аристотель в "Политике" отмечает, что свобода вообще не может получить положительное определение потому, что правильное понимание этой категории исключено самим характером демократической формы правления. В демократиях свобода, как он полагал, трактуется как возможность делать что угодно. Аристотель упрекает демократов в противоречии, так как, выдвинув принцип свободы в качестве высшего принципа демократического строя, они в то же время требуют признания права каждого быть свободным и по отношению к государству, как будто бы оно олицетворяло собой не свободу, а рабство.

Христианские концепции впервые связывают проблему свободы человека с понятием равенства и выдвигают постулат "конечности" и ограниченности любой земной власти. Как отмечал Н.Бердяев, "можно сказать, что существование Бога есть Хартия вольностей человека, есть внутреннее его оправдание в борьбе с природой и обществом за свободу".

Мыслители эпохи Возрождения и Реформации начинают обращать внимание на индивидуальные аспекты свободы индивида. Опираясь на понятие свободы воли и фактически отождествляя его с понятием свободы, гуманисты на первый план выдвигали человека, а затем уже говорили о Боге. Они подчеркивали особую важность человеческой деятельности, провозглашали принципиальное равенство всех людей, независимо от их рождения и от принадлежности к определенному сословию. Судьба человека предопределялась не его знатностью, происхождением, званием, а личной доблестью, активностью. Одним из главных слагаемых достоинства почиталась гражданственность, служение общему благу, с которым ассоциировалось представление о государстве с республиканским устройством, опирающимся на принципы равенства и справедливости. Гарантии равенства, справедливости, а также свободы личности виделись в издании и соблюдении законов, "согласующихся с естеством человека".

Начиная с Нового времени, свобода становится одной из главных идей и ценностей общества. В наибольшей степени развитие концепций свободы отражено в трудах Г. Гроция, Б.Спинозы, Дж. Локка, Ш. Монтескье, Т. Джефферсона, И.Канта и др. Сущность политической свободы рассматривается в русле договорных и естественно-правовых концепций. Т. Гоббс и Дж. Локк большое внимание уделяют проблеме "отчуждения" абсолютной свободы человека, которой он обладает в естественном состоянии, в пользу верховной власти в результате общественного договора. Естественное право Гоббс связывает с понятием абсолютной свободы, которая "есть свобода всякого человека использовать собственные силы по своему усмотрению для сохранения своей собственной природы, т.е. собственной жизни и, следовательно, свобода делать все то, что, по его суждению и разумению, является наиболее подходящим для этого средством". Естественные права означают в таком случае абсолютную свободу каждого индивида делать буквально все, что необходимо ему для самосохранения, невзирая ни на кого другого. В трудах Гоббса концепт "Свобода" вступает в отношения с концептом "Война": свобода как абсолютный принцип естественного состояния сама же себя отрицает в постоянной "войне всех против всех", требуя своего ограничения в интересах мира и безопасности как общества, так и самого человека.

В противоположность Гоббсу, Локк делает акцент на "абсолютной свободе акта согласия" большинства, объединяющегося в государство. Происходит ограничение свободы всех свободой большинства. Человек "отчуждает" часть своей свободы государству, а в обмен получает гарантированные гражданские права и свободы. Свобода людей "под властью правительства" заключается в том, чтобы иметь постоянное правило жизни, общее для каждого в этом обществе и установленное законодательной властью, созданной в нем. Это "свобода следовать моему собственному желанию во всех случаях, когда этого не запрещает закон, и не быть зависимым от постоянной, неопределенной, неизвестной самовластной воли другого человека". "Неотчуждаемые права" человека и разделение властей являются "границами" любой политической власти и гарантиями свободы. Локка не случайно называют основоположником либерализма. Многие его идеи легли в основу либеральных концепций свободы.

Особый размах и остроту свободомыслие приобретает в эпоху Просвещения. Ш. Монтескье выделял два аспекта политической свободы: в ее отношении к государственному строю и к отдельной личности, гражданину. Без сочетания этих аспектов политическая свобода неполна и нереальна. Как отмечал Монтескье, может случиться, что и при свободном государственном строе гражданин не будет свободен, или при свободе гражданина строй нельзя будет назвать свободным. В этом случае свобода строя будет правовая, но не фактическая, а свобода гражданина фактическая, но не правовая. Поэтому разделение и взаимное сдерживание властей являются главным условием для обеспечения политической свободы в ее отношениях к государственному устройству. Личностный аспект свободы, т.е. свобода в ее отношении к отдельному гражданину заключается в безопасности гражданина. При этом большое внимание уделяется "доброкачественности" законов и суда. "Если не ограждена невинность граждан, то не ограждена и свобода". Лишь при соблюдении этих условий возможен такой "государственный строй, при котором никого не будут понуждать делать то, к чему его не обязывает закон, и не делать того, что закон ему дозволяет".

По-новому концепция свободы предстает в учении Ж.Ж. Руссо. Свобода, по его мнению, соответствует праву, а порабощение не имеет никаких правовых оснований. Согласно Руссо, никто не может отказаться от свободы в пользу другого без отказа от своего человеческого достоинства и права человека. Основная проблема для него заключается в решении вопроса, как и почему человек утратил свободу, присущую ему в естественном состоянии, и что необходимо сделать, чтобы ее вернуть. На первый план он выдвигает понятие суверенитета народа и разделения властей, полагая их гарантиями свободы. Надо точно различать естественную свободу, границами которой является лишь физическая сила индивида, и свободу гражданскую, которая ограничена общей волей, так же, как различать обладание как применение силы и собственность, основывающуюся на законном документе.

Принятая в 1789 году во Франции Декларация прав человека и гражданина, что люди рождаются и остаются свободными и равноправными, а общественные различия могут иметь место лишь в случае их полезности для всех. Свобода в ней определялась как "возможность делать все, что не вредит другому". Пользование каждого человека своими правами не должно встречать иных границ кроме тех, которые гарантируют другим членам общества пользование теми же правами. Границы эти могут быть определены только законом.

Эпоха буржуазных революций принесла не только изменения общественного строя, но и революцию в понятиях. Свобода из сферы моральной философии переместилась в область политического и, наполнившись новым содержанием, стала одним из наиболее значимых институтов общества.

Б. Констан вскрывает противоположность понятий "свободы древних" и свободы современного человека, отмечая, что идеал свободы современного европейца - это личная независимость, самостоятельность, безопасность, право влиять на управление государством. Античный человек, согласно Констану, считал себя тем более свободным, чем больше времени и сил он посвящал осуществлению своих политических прав. В отличие от него, чем больше времени осуществление политических прав оставляет для частных интересов современного человека, тем драгоценнее для него сама свобода. Он подчеркивает, что "политическая свобода есть самое мощное, самое решительное средство совершенствования, ниспосланное нам небесами". Политическая свобода выносит на изучение и рассмотрение граждан их самые заветные интересы, развивает разум, облагораживает мысли, "устанавливает между всеми людьми своего рода интеллектуальное равенство, составляющее славу и могущество народа". Нация возвышается при появлении в ней первого же института, делающего возможным регулярное осуществление политической свободы. Люди из любых классов и профессий, покидая сферу привычных занятий, поднимаются на уровень важных обязанностей, доверенных им конституцией: "здраво делать выбор, энергично сопротивляться, разоблачать хитрости, не бояться угроз, благородно противиться соблазнам".

А. Токвиль вскрывает диалектику противоречия свободы и равенства. Он подчеркивает, что любовь к свободе должна быть позитивна. Она не может означать только ненависть к рабству или тягу к материальному благополучию. Она сама по себе благо, которого нужно добиваться упорно, "невзирая ни на какие опасности и лишения". "Кто ищет в свободе что-либо кроме самой свободы, создан для рабства".

Таким образом, можно говорить о выражении противоположных подходов по отношению к одному понятию: с развитием политической мысли формируются противоположные характеристики свободы, являющиеся проявлением ее антиномичного характера. С одной стороны, утверждается, что свобода приносится "в жертву" государственной власти, полностью отчуждаясь от человека и "обмениваясь" на гарантии безопасности. С другой - подчеркивается, что свобода только и может утвердиться и реализоваться в условиях государства, основанного на законе и разделении властей как средстве контроля за властью, государство же, собственно, и призвано обеспечить защиту свободы, которая не может быть кому-либо отчуждена или передана. Выделяются два аспекта политической свободы: в ее отношении к государственному строю и в ее отношении к отдельной личности. С одной стороны, политическая свобода предстает как "постоянное и деятельное" участие в коллективном осуществлении власти, с другой, - как возможность пользоваться личной независимостью, для чего собственно и провозглашается необходимость представительной формы правления. Говоря другими словами, с одной стороны, человек признается тем более свободным, чем больше времени и сил он посвящает осуществлению своих политических прав, а с другой, - чем больше времени осуществление политических прав оставляет для его частных интересов.

Подлинная диалектика и всесторонний анализ свободы и ее антиномий раскрывается в немецкой классической философии. Идея свободы связывается с правом, с вопросами границ и гарантий. Свобода объявляется основой и сущностью права и государства. В качестве основной антиномии свободы рассматривается антиномия свободы-необходимости, формальной и реальной свободы. Прогресс в сознании свободы провозглашается критерием общественного прогресса и целью истории. Согласно Гегелю, человечество, развиваясь, приходит ко все более глубокому пониманию свободы, поднимаясь ко все более совершенному уровню реализованной свободы. Политическая свобода начинает рассматриваться как основа взаимоотношений отдельной личности и общества в целом и государства, а также как цель общественного развития. По сути, она начинает рассматриваться как определенная модель системы отношений в обществе по поводу власти.

Новое содержание политическая свобода получает в либерализме. Так Гумбольдт, в отличие от концепции Гегеля, полагавшего государство средством осуществления свободы, придерживается прямо противоположной позиции. Его "антитезис" Гегелю основан на утверждении того, что деятельность государства должна быть ограничена по той причине, что оно по своей природе, представляя верховную власть, не терпит активного развития индивидов, обладающих внутренним достоинством и свободой, активно проявляющих свои интересы и волю. Верховная власть с помощью государства стремится обезличить общество и унифицировать поведение людей. В то же время, серьезной опасностью Гумбольдт считает и опеку государства, при которой граждане начинают чрезмерно полагаться на заботу о них, расслабляют волю и отучаются самостоятельно решать возникающие проблемы: "Кем часто и много руководят, тот легко доходит до того, что как бы добровольно жертвует остатком своей самодеятельности". Еще одно зло, которое он видит в подобной опеке государства, заключается в росте большого числа учреждений и множества лиц, посвященных этого рода деятельности, подчеркивая, что в большинстве государств с каждым десятилетием увеличивается персонал государственных слуг и объем ведомств, а свобода подданных уменьшается. Свободу же он считает самой важной в судьбе человечества. Гумбольдт, опасаясь чрезмерного вмешательства в личную жизнь человека, заявлял, что любые государственные законы порочны и опасны, независимо от их содержания. Он делает вывод, что раз государство всегда связано с ограничением свободы, оно "всегда зло, пусть и необходимое".

Прямо противоположно Гумбольдту Штейн заявляет, что государство предназначено обеспечивать свободу, так как служит всеобщей воле. Свобода является основным принципом государства. Основное противоречие, согласно теории Штейна, состоит в том, что государство и общество противостоят друг другу. Общество стремится создать государство по своему образу, а государство, в свою очередь, создает свой общественный строй.

Таким образом, прослеживается антиномия политической свободы внутри самого либерализма. Тезису о свободе, как основном принципе государства, рассматриваемом в качестве средства ее осуществления, противопоставляется антитезис, согласно которому свобода присуща только гражданскому обществу и индивиду, а государство является ее главной угрозой.

Итак, к XIX веку идея политической свободы становится центральной в идеологии либеральной мысли, поддерживаемой различными общественными группами, но, в основном, выражая интересы класса буржуазии. Однако единства в понимании сущности свободы человека как гражданина, члена государства, ее места и гарантий нет даже внутри самого либерализма. Особо остро это проявилось в вопросах роли частной собственности как основы свободы общества, проблемах взаимоотношения равенства и свободы, сущности и значении государства.

Прежде всего, можно выделить так называемые "позитивные" и "негативные" концепции, различающиеся в понимании сущности свободы, её значения для человека, роли государства и отношения к нему. Сторонники негативного подхода подчёркивают необходимость настороженно относиться к власти других и, прежде всего, государственной власти (И.Бёрлин, Ст. Холмс, Дж. Шкляр и др.). Наиболее важным для них выступает проблема ограничения сферы личной свободы человека, его безопасности от какого бы то ни было вмешательства и принуждения. Для них свобода означает "свободу от…", свободу от насилия, принуждения, жестокости, диктата со стороны государства и других людей.

Позитивная свобода понимается как "свобода для…", "свобода к чему". Но тут же мы сталкиваемся с отсутствием однозначного определения того, что такое позитивная свобода. Индивидуалистическое понимание свободы, как защита личности, неприкосновенность собственности и т.п. разночтений не вызывает. В отличие от вопроса - для чего собственно человеку так необходима свобода. Это, в частности, отражено в различии двух понятий свободы в английском языке, лежащем в основе двух концепций свободы: "liberty" - как ограничение принуждения, освобождение и "freedom" - прежде всего, как свобода выбора. В самом общем виде положительную свободу можно определить как возможность самосовершенствования, саморазвития личности, раскрытие внутреннего потенциала, творческих способностей. С другой стороны, понятия позитивной и негативной свободы связывают с такими категориями, как внутренняя и внешняя свобода.

Так, рассмотрение свободы в качестве фактического и правового положения человека в обществе и государстве предполагает выделение, по крайней мере, трех форм и уровней ее осуществления [3]. На первом уровне свобода проявляется как внутренняя характеристика личности, имманентно присущее человеческой личности свойство, отличающее ее от других живых существ. Это свобода воли, лежащая в основе формирования социальной саморегуляции. С наличием свободы воли связывают юридические качества лица как субъекта права, члена гражданского общества: правоспособность, дееспособность, деликтоспособность.

Второй уровень и, соответственно, следующий аспект свободы как "генетической основы самоуправленческих начал в обществе" характеризует свободу с точки зрения состояния, положения человека в обществе. На этом уровне индивид не только осознает человеческую "самость", становится владельцем своей жизни и собственной человеческой личности, но и противопоставляет себя социальной среде, коллективу, обществу в целом, строит с ними отношения на определенных принципах, характеризующих степень единства индивидуальных и коллективных (общественных) интересов, уровень демократизма и самоорганизации этих отношений. Данный аспект свободы характеризуется как освобождение личности от ограничений и насилия (в форме экономического или политического принуждения, национального угнетения, дискриминации и т.д.). Происходит закрепление статуса индивида как гражданина. Это так называемый негативный, "отрицательный" уровень свободы - "свобода от…".

Третий уровень свободы личности как основы самоорганизации населения и взаимоотношений человека, общества и государства отражает свободу как деятельную характеристику личности. Человек выступает не только как самостоятельная, независимая личность, но как деятельный субъект. Свобода предполагает здесь широкие возможности для выбора различных вариантов активного поведения, для преобразующей деятельности личности. Это позитивная свобода, "свобода на…". Она раскрывается через конкретные права и свободы, правовые стимулы. Данный уровень, в отличие от негативного, в большей степени отражает идеи коллективизма.

С принципиально непримиримых позиций рассматривают проблему политической свободы либерализм и марксизм. В основе политической свободы, согласно либерализму, лежит частная собственность, экономическая свобода, рынок. В основе концепции политической свободы К.Маркса лежит представление о собственности как основе эксплуатации человека человеком, причине экономического и политического отчуждения, идеалы равенства и коллективизма. Обосновывается историческая неизбежность перехода от капитализма к социализму - первой фазе коммунистической формации, в которой только и возможна подлинная свобода человека и раскрытие его внутренних способностей, скачок из "царства необходимости в царство свободы". Согласно основоположникам марксизма, демократия, как и всякая другая форма правления, представляет противоречие в себе самой. Политическая свобода в таком обществе есть мнимая свобода, а в действительности - рабство.

Особо следует отметить концепцию политической свободы Дж. Ролза. Он делает попытку разрешить антиномию свободы-равенства в своей теории справедливости. Главная суть политической свободы в его понимании - соблюдение принципа "равного участия".

В России политическая свобода рассматривается в неразрывной связи с культурными традициями, в основе которых лежит обращение к духовным, нравственным, религиозным началам. Этим обусловлено противостояние двух основных подходов к ее рассмотрению - западничества и славянофильства. Славянофилы (И.В. Киреевский, К.С. Аксаков, И.С. Аксаков, А.С. Хомяков и др.) признавали православие, самодержавие и народность основополагающими принципами общественно-политического устройства России, вкладывая в них, однако, противоположное официальной идеологии содержание. Прежде всего они осуждали самодержавный деспотизм. Православие для них являлось не просто официальной религией, но выражением народного духа. Они отстаивали особый, самобытный путь развития России и отрицали заимствование западных форм государственного устройства.

Славянофилам противостояли так называемые "западники" (А.И. Герцен, В.Г. Белинский, Т.Д. Грановский, К.Д. Кавелин, И.С. Тургенев, П.В. Анненков, Б.Н. Чичерин и др.). Они высоко ценили достижения Запада, полагая, что дальнейшее развитие России по пути прогресса невозможно, если она не усвоит европейское образование и буржуазные формы жизни. Они требовали безусловного введения всего комплекса гражданских прав и свобод, выработанных западной политической мыслью. В качестве основ политической свободы они полагали учреждение конституционной монархии, разделение властей, свободу предпринимательства, суд присяжных, местное самоуправление и т.п.

Особое значение для осмысления проблемы политической свободы в России имела "религиозная" философия В.С. Соловьева, Н.А. Бердяева, С.Н. Булгакова, И.А. Ильина. Свобода, согласно этой концепции, связана с духовной, божественной сущностью человека. Свобода определялась этими мыслителями через невозможность связывать "вечное начало" свободы с преходящими политическими формами, например, с либерализмом и демократией. Проблема свободы много глубже проблемы либерализма, и в либерализме она "не имеет прочного обоснования". Либерально-демократические принципы, по их мнению, бессильны защищать свободу от современных посягательств на нее. Формальный либерализм, равнодушный к истине, индивидуализм, приведший к страшным неравенствам и несправедливостям, создали для свободы отталкивающие и тягостные ассоциации.

Проследив утверждение и развитие политической свободы и ее антиномий в истории человечества, можно утверждать, что политическая свобода представляет сегодня определенный, относительно самостоятельный институт общества. Наполняясь новым содержанием в разные исторические эпохи, она в целом предстает в качестве модели и основного принципа взаимоотношений индивида, общества и государства. В то же время она является и практической реализацией, воспроизводством этой модели в конкретных формах общественно-политических отношений, в структуре политической практики. В этом случае политическая свобода предстает как совокупность целого ряда политических и гражданских прав и свобод личности. Это правовая форма реализации политической свободы, поэтому взаимосвязь свободы и права заслуживает более пристального внимания.

Нормативно-правовой подход к пониманию этого феномена, представленный преимущественно в юридической литературе (М.В. Баглай, Н.С. Бондарь, В.С. Нерсесянц и др.) преобладает среди современных концепций политической свободы (исключая анализ свободы в контексте философии и социологии). Политическая свобода при таком подходе отражена в структуре реальных политических прав и свобод, гарантированных Конституцией государства.

Проведенное исследование позволяет утверждать, что рефлексия в отношении политической свободы является необходимым компонентом любой идеологической платформы. Полярность ряда концепций предопределена самим антиномичным характером рассматриваемого феномена, что с необходимостью отражается в порождаемых текстах. При этом вовлечение концепта "Свобода" в различные связи и отношения с другими концептами позволяет выявить как различие в установках представителей одной дискурсной формации, так и эксплицирует открыто не заявляемое сходство позиций представителей разных дискурсных формаций.

Литература

  1. Басенко Н.А. Свобода политическая // Политология. Краткий энциклопедический словарь. Ростов-на-Дону - Москва, 1997
  2. Бердяев Н.А. Философия свободного духа. М., 2000
  3. Бондарь Н.С. Местное самоуправление и права человека в Российской Федерации. Ростов на-Дону, 1998
  4. Дегтярев А.А. Основы политической теории. М., 1998
  5. Милевская Т.В. Грамматика дискурса. Ростов-на-Дону, 2004
  6. Пешё М., Фукс К. Итоги и перспективы. По поводу автоматического анализа дискурса // Квадратура смысла. Французская школа анализа дискурса. М., 1999
  7. Серио П. Как читают тексты во Франции // Квадратура смысла. Французская школа анализа дискурса. М., 1999

Abstract
N.A. Basenko, T.V. Milevskaya
Political freedom: Experience of Discourse-Analysis
Discourse-analysis is to combine linguistic and political reflexion. The investigators are faced with the problem of adequate interpretation, identifying one's ideological views by analysing the generated text. The political communication presupposes quite narrow diapason of obligatory topics and problems. That's why the followers of different discourse formations apply to the same constucts, but transforming their content in accordance to the ideology predominated in the society. The analysis of political discourse is to deal with defining specific features of interralations between concepts relevant for the speaker. The maximum narrowing of the research field, discourse-analysis of one and the same notion in different political conceptions are of particular interest. In the article this method is applied in connection with expressing one's view of political freedom, which turns out to be one of the obligatory elements of political discourse.

скачать статью в формате word Статья в Word

    Сведения об авторах:

    Басенко Наталья Александровна
    кандидат политических наук,
    старший преподаватель
    кафедры политических институтов и процессов
    Ростовского государственного университета,
    Ростов-на-Дону, Россия.

    Милевская Татьяна Валентиновна
    доктор филологических наук,
    доцент кафедры теории языка
    Ростовского госпедуниверситета.
    Ростов-на-Дону, Россия.



Вернуться в БИБЛИОТЕКУ Вернуться на главную страницу

 
Copyright © 2002-2015, Российская коммуникативная ассоциация. All rights reserved.
При использовании информации гиперссылка на www.russcomm.ru обязательна. Webeditor
::Yamato web-design group::